Этимология

Алмаз – минерал необычайной прочности. Он известен людям уже не одну тысячу лет. Индусы считали, что алмаз обладает магической силой, и изготовляли из него амулеты. В Древнем Риме алмазы были необычайно дорогими, и позволить их себе могли единицы. В России первый алмаз был найден в 1829 году крепостным мальчишкой Павлом Поповым из Пермской губернии. За маленький полукаратный кристалл он получил вольную.

Слово алмаз в русском языке встречается с XV века (например, в «Хождении» Афанасия Никитина). Принято считать, что это тюркское заимствование (ср. тат., каз. алмаз, тур. elmas, узб. olmos), пришедшее с Востока (ср. перс. الماس, almâs, араб. ألماس, ʾalmās). В ряде европейских языков, включая многие славянские, алмазы называют «диамантом»: англ. diamond, нем. Diamant, фр. diamant, итал., исп. diamante, чешск. diamant, польск. diament, греч. διαμάντι и др.

Казалось бы, между двумя группами слов не может быть ничего общего, и всё-таки этимология говорит об обратном. Обе группы слов объединены единым источником – др.-греч. словом ἀδάμας «несокрушимый». Пройдя через восточные языки, это слово пришло в русский, изменившись незначительно. Пройдя по западному пути, через латынь, оно же стало просто неузнаваемым. В классической латыни твёрдые металлы и минералы ещё называли adamās, но в поздней латыни произошла неожиданная мутация в diamas. Таким образом, в старофранцузском уже встречается форма diamant.

От того же др.-греч. ἀδάμας происходит ещё одно слово – адамант (варианты: адамантий, адамантин, адамантит). Это устаревшее название алмаза, которое сегодня можно встретить в ряде художественных произведений, комиксов, фильмов и компьютерных игр в качестве названия сверхпрочных, «несокрушимых» материалов.

Пистолет – изобретение довольно древнее. Первые пистолеты с колесцовым замком стали появляться в XV-XVI вв. В XVII-XVIII распространение получают пистолеты с ударно-кремнёвым замком, в XIX-XX вв. популярность приобретают пистолеты с капсюльным замком. Оружие становится всё легче, всё надёжнее и все совершеннее. Однако за давностью лет даже изобретатели пистолетов стали забывать, откуда произошло само слово пистолет.

В языках мира можно выделить две формы этого слова. В одних случаях встречается суффикс -et: рус., болг. пистолет, укр. пістолет, польск. pistolet, фр. pistolet, груз. პისტოლეტი (pistoleti); в других он отсутствует: серб. пиштољ, чешск. pistole, англ. pistol, нем. Pistole, нидерл. pistool, итал., исп., порт. pistola, греч. πιστόλι, фин. pistooli.

В русском исторически также существовало слово пистоль, известное с XVI века. Форма пистолет появилась лишь в конце XVII – начале XVIII века. Следует полагать, что формы с -et пришли из французского.

Ведутся споры о том, каков источник этого слова. Большой поддержкой пользуется версия, согласно которой слово возникло на немецкой почве из чешского píšťala «дудка», далее из pištěti «пищать» (ср. рус. пищаль). Этим можно объяснить такое количество средненемецких слов, обозначающих огнестрельное оружие времён Гуситских войн XV в.: pisschullen, pyscheln, pischaln, pischczaln, pischoln, bizschälen, bitscholn. Таким образом, слово «пистолет» в языках мира – это славянское заимствование.

Существует также версия о происхождении слова пистолет от названия некогда тёмного итальянского города Пистоя (Pistoia) на севере региона Тоскана, где занимались изготовлением оружия. Однако такая версия маловероятна.

О том, что слова губернатор и гувернёр родственны, наверняка знают многие. Достаточно посмотреть на англ. governor «губернатор». Оба слова восходят к лат. gubernō «управлять», которое, в свою очередь, происходит от др.-греч. κῠβερνάω «управлять» (κῠβερνήτης «рулевой, кормчий», κῠβέρνησις «управление»). И тот же самый корень мы встречаем в слове кибернетика (от фр. cybernétique, далее от др.-греч. κῠβερνητική «искусство управления», κῠβερνητικός «способный управлять кораблём»; ср. совр. греч. κυβέρνηση «правительство»).

Сегодня нам сложно связать понятия кибернетика и губернатор, так как с кибернетикой мы, обыватели, связываем информацию, машины, компьютеры, реже – биологические системы. Однако в XIX веке термином «кибернетика» знаменитый французский учёный Андре-Мари Ампер обозначал именно государственное управление. В новом смысле термин стал использоваться чуть более полувека назад после выхода в свет книги «Кибернетика, или управление и связь в животном и машине» Норберта Винера. Смысловые трансформации нередко происходят под влиянием учёных, вводящих новые названия со старым затёртым значением.

Слово господин образовано от Господь и имеет аналоги в других славянских языках: ст.-слав. господь, ст.-слав. госпдинъ, укр. господин, болг. господ, господин, сербохорв. го̏спо̑д, госпо̀дин, словенск. gospȏd, gospodȋn, чешск. hospodín. Слово Господь, в свою очередь, восходит к правслав. *gost(ьj)ь-podь, что можно интерпретировать как «гостеприимный, принимающий чужого». Пра-и.е. слово *gʰóstis имеет значение «чужак, посторонний» (ср. совр. гость, лат. hostis «враг», англ. guest, нем. Gast «гость»); слово *pótis – «хозяин» (ср. греч. πόσις, δεσπότης, санскр. पति (páti) «супруг», лат. potis «могущий»). То есть в исконном смысле господин – это «хозяин, принимающий гостя».

Слово государь (отсюда же – государство) – это производное от слова господарь (господарство), которое, как несложно догадаться, также восходит к слову Господь. После XVII века новые формы стали превалирующими (далее из них развились осударь и сударь), тогда как слово господарь сегодня стало обозначать титул правителей Молдовы и Валахии. Как произошла такая перемена? Фонетически она едва ли объяснима, однако этимолог П. Я. Черных указывает на возможность ассоциации с корнем суд-, предполагая, что государь – это «верховный судья». Такое явление – следствие наивной этимологии, возникающей, когда исконная забывается.

Слово тайфун в имеет довольно смутную этимологию, хотя встречается во многих языках мира: англ. typhoon, нем. Taifun, нидерл. tyfoon, фр. typhon, итал. tifone, исп. tifón, польск., чешск. tajfun, греч. τυφώνας, лит. taifūnas, арм. թայֆուն (tʿayfun), перс. طوفان(tufân), фин. taifuuni, груз. ტაიფუნი (taip’uni), тур. tayfun и др. Существует три версии происхождения слова.

Тайфуны хорошо известны в Тихом океане, поэтому этимологи сразу обращают взоры на языки Юго-Восточной Азии. И находят в китайском слово 颱風(台风, táifēng) «тайфун», в кантонском – 大風(daai6fung1) «большой ветер», в японском – 台風(たいふう, taifū), в корейском – 태풍(taepung), в индонезийском – taufan. Казалось бы, всё просто: европейские языки заимствовали слово из кантонского. Однако на это есть свои возражения.

В древнегреческой мифологии мы находим упоминания о великане Тифоне (Τυφῶν), который олицетворял огненные силы земли, однако мог устраивать и сильные бури. Само имя бога легко соотносится с др.-греч. словами τῦφος «дым», τύφω «дымить», τῡφῶν «вихрь», τῡφωνικός «ураганный». В этой связи было бы более разумно возводить англ. typhoon к древнегреческому, однако и на это находятся упрёки.

Существует ещё одна версия, которая имеет меньшую поддержку. Предполагается, что источником всех слов могло быть араб. طوفان(ṭū́fān), от которого произошло порт. tufão. Из португальского слово легко могло распространиться в европейские языки, а из Средней Азии и Индии (из араб. также хинд. तूफ़ान, tūfān) – на восток, в Китай. Последнее утверждение, однако, следует считать очень сомнительным.

Итак, одно слово и три версии происхождения. Все кажутся чертовски логичными. Версия китайского (кантонского) происхождения упоминается чаще всего, хотя некоторые этимологи считают её недостоверной. Версию об арабском происхождении нередко мешают с греческой (например, у Фасмера). Всё же есть основания полагать, что слово китайское, а все остальные версии возникли из-за позднего сближения араб. طوفان(ṭū́fān) и др.-греч. τῡφῶν с заимствованным словом.

Одно из наиболее широко известных слов в основных европейских языках – это слово «солдат»: англ. soldier, нем. Soldat, нидерл. soldaat, швед. soldat, фр. soldat, итал., исп., порт. soldado, рум. soldat, болг. солдат (войник, воин) и др. Польское слово żołnierz имеет ту же этимологию, хотя пришло несколько иным путём (от нем. Söldner «наёмник»).

Несмотря на широкую известность слова в ряде языков существуют свои типичные исключения: чешск. voják, серб. војник, исл. hermaður (her «армия» и maður «человек»), греч. στρατιώτης (от στρατιά «армия»), арм. զինվոր (zinvor; от զէն «оружие» и суфф. прил. -ւոր), перс. سرباز(sarbâz; досл. «лишающий головы»), ჯარისკაცი (ǰariskac’i; от ჯარი «армия» и კაცი «человек»), араб. عسكري(ʿaskarī; от عسكر«армия») и др.

В русском языке слово солдат (вопреки распространённому мнению) возникло не от нем. Soldat с начальным [z] (иначе бы ожидалось золдат), а, вероятно, из французского. Оно встречается ещё в первой трети XVII века в качестве обозначения «воина-иноземца»: «наёмные... немецкие люди... и солдаты, пешие люди» (Царский наказ воеводам Шеину и Измайлову, 1632). Позже оно встречается в «Книге о ратном строе» 1647 года, а с XVIII века уже используется в качестве чина пехотинцев.

Общим источником слова является латинское название монеты solidus «солид» (от прил. solidus «плотный, твёрдый», родств. salvus «целый, невредимый»). Таким образом, солдат – это тот, кому платят за войну солидами. Кстати, с этим же словом связаны слова солидный и солидарный. Сочетание солдатская солидарность – это своего рода этимологическая тавтология.

Слово город в русском языке является исконным, хотя и были попытки доказать его заимствованный характер. В праславянском языке предполагается существование слова *gȏrdъ «город; огороженное место», откуда произошли также ст.-слав. градъ, укр. город, болг. град, серб. гра̑д, словенск. grád, польск. gród, чешск., словацк. hrad и др. В ряде славянских языков русскому слову город в общем значении соответствуют слова иного корня: польск. miasto, укр. місто, чешск. město. Слова от *gȏrdъ в этих языках являются архаичными и неупотребительными.

Многие наверняка замечали сходство, например, фр. jardin «сад» и нем. Garten «сад» с русскими словами город или огород. В некотором роде это тоже огороженные места. Действительно, все эти слова на разном уровне родственны рассматриваемому слову и восходят к общему пра-и.е. слову *ǵʰortós «огороженное место» (от *ǵʰer- «огораживать»). От герм. *gardaz, *gardô происходят (помимо нем. Garten) также англ. yard (др.-англ. ġeard), нидерл. gaard, исл. garður, швед. gård, норв. gard в значениях «сад, огород; двор». Заимствованиями из германского являются фр. jardin и порт. jardim.

Если поискать по словарям, то обнаружим слова, похожие на славянские и германские по форме и близкие по значению, в других языках: др.-греч. χόρτος «скотный двор», лат. hortus «сад (при вилле)», лит. gar̃das «ограда», алб. gardh «ограда, забор», ирл. gort «посевное поле» и санскр. गृह (gṛhá) «дом; храм» (ср. देवतागृह, devatā-gṛha). Все они также происходят от *ǵʰortós.

В этом отношении интересно пронаблюдать разброс смыслов, которые вкладывались предками современных индоевропейских народов в эти слова: что для древнего грека «скотный двор», то для индуса – «дом божий»; что для русского «населённый пункт», то для ирландца – «поле».

Слово каникулы в русском языке возникло из европейских языков, предполагается польское посредство. Вообще в языках мира это слово встречается не так часто: англичане называют их vacation или holidays, у немцев – Ferien, у французов – vacances, у чехов – prázdniny, у греков – διακοπές. Если исследовать словари других языков, то обнаружится, что «каникулы» – это на самом деле очень редкое слово, хотя его нередко причисляют к интернационализмам.

Слово происходит от лат. Canīcula, что дословно можно перевести как «собачка». Это же слово изначально было обозначением самой яркой звезды Сириуса (лат. Sīrius, от др.-греч. Σείριος, σείριος «палящий, знойный»), известной также как α Большого Пса (α Canis Majoris). В латыни выражение diēs canīculāres «собачьи дни» применялось к тем жарким летним дням, когда Сириус максимально приближался к Солнцу; римляне верили, что именно от звезды исходит жара. В современном значении слово «каникулы» возникло довольно поздно.

Интересно, что в ряде языков сохранились выражения, аналогичные лат. diēs canīculāres: англ. dog days, нем. Hundstage, дат. hundedage. Этими словами обозначается период времени с середины июля до начала сентября, что приблизительно соответствует римским diēs canīculāres. В том же значении используются: польск. kanikuła, исп., порт. canícula, рум. caniculă.

В этимологии уже давно было замечено одно интересное свойство глагола «писать» в различных языках, которое показывает, что исторически понималось под этим процессом. Разберём на нескольких примерах.

Русский глагол писать восходит к праслав. *pьsati, от которого происходят также укр. писати, белор. пiсаць, ст.-слав. пьсати, болг. пиша, сербохорв. писати, словен. pisáti, чешск. psát, словацк. písať, польск. pisać. В литовском этим словам соответствует глагол piẽšti «рисовать, чертить» и существительное piẽšas «пятно»; в древнегреческом обнаруживается родственное слово ποικίλος «пёстрый»; в санскрите – पिशङ्ग (piśáṅga) «красноватый»; в латинском – pingō «красить» (суп. pictum; произв. pictus, pictūra, pigmentum и др.), откуда англ. paint, фр. peindre, итал. pittare, исп. pintar и т. д. Все эти слова восходят к праиндоевропейскому корню *peyḱ-, которое могло означать «пятно; нечто цветное» (не исключено, что оно же связано с резьбой; ср. санскр. पििंशति (piṃśati) «вырезать», िेश (péśa) «орнамент»). Сюда же *pьstrъ «пёстрый». Можно предположить, что славянами письмо воспринималось как рисование или нечто похожее.

В этом отношении интересен английский глагол write «писать» (др.-англ. wrītan), восходящий к прагерм. *wrītaną «царапать, вырезать». Семантика общегерманского слова хорошо прослеживается в его ответвлениях: нидерл. rijten «резать, рвать», нем. reißen «рвать» и ritzen «царапать», норв. rita в значении «чертить, вычерчивать». Оно восходит к праиндоевропейскому *wēr- «резать, царапать» и родственно санскр. व्रण (vraṇa) «рана», ст.-слав. рана, арм. գիր (gir) «буква». Очевидно, что германский английский язык исторически рассматривал процесс письма как вырезание (например, рунических надписей).

Нечто похожее на английский случай имеется в латыни. Латинский глагол scrībō «писать» (инф. scrībere, суп. scrīptum; произв. scrīptor, scrīptum, scrīptūra и др.), от которого произошли фр. écrire, итал. scrivere, исп. escribir, порт. escrever, норв. skrive, англ. shrive, нем. schreiben и пр., восходит к праиндоевропейскому *skreybʰ- «царапать, скрести» и родственно русскому скрести. В этом смысле и итаийский латинский язык рассматривал процесс письма как выцарапывание чего-либо.

В словах языка прослеживается не только современная картина мира народа, говорящего на языке. В словах запечатлена его история.